Автор: Чтец Алексей Волков
Фото: Екатерина Григорьева
Чем мы можем ответить Богу?
Во имя Отца и Сына и Святого Духа,
Дорогие братья и сестры, сегодня мы слышали небольшой отрывок из второго послания апостола Павла к Коринфской общине, и апостол говорит там замечательные слова. Но прежде чем к ним перейти, вспомним самое простое и самое главное: мы называем себя христианами.
Слово «христианин» по-гречески – χριστιανός – конечно, образовано от слова «Христос». А «Христос» происходит от греческого χρίω – «помазывать». В этом смысле Христос есть Помазанник: Божий, Царь всего мира, помазанный на Царство. И если мы христиане, значит, и мы тоже в некотором смысле помазанные. Но возникает вопрос: чем? Каждый из нас в таинстве миропомазания принимает дары Святого Духа. Когда священник, помазывая человека, говорит: «Печать дара Духа Святого. Аминь», – он как бы запечатлевает нас благодатью Божией. И именно об этом пишет апостол Павел в сегодняшнем послании: Утверждающий же нас с вами во Христе и помазавший нас есть Бог, Который и запечатлел нас и дал залог Духа в сердца наши (2 Кор. 1:21–22).
Что это значит для нас – уже сейчас, при жизни? Каждый из нас имеет благодать Святого Духа, то есть некую печать принадлежности Христу, залог Духа Святаго в сердце, как бы свидетельство: этот человек – Мой; в нём Я действую; в нём уже положено семя нетленной, вечной любви, которое он призван развивать и взращивать. И отсюда становится понятнее следующее: те заповеди, наставления, которые Христос даёт в Евангелии, в Священном Писании, – они исполнимы. Потому что, можно сказать, Христос нас «без наследства» не оставил. Если мы призваны что-то делать как христиане, это не означает, что это невыполнимо и невозможно. Иногда человек думает: «Как это вообще возможно – перестать осуждать? Перестать обижаться? Перестать завидовать?» Но если Господь говорит нам об этом, значит, это, безусловно, исполнимо, потому что вместе с призванием даётся и сила, и благодать.
Святитель Василий Великий в «Правилах, пространно изложенных в вопросах и ответах» рассуждает об этом так: посмотрите, мы рождаемся в этот мир – и откуда у нас возникает, например, любовь к матери? Как будто ниоткуда: мы просто любим её. Или откуда у человека любовь к прекрасному? Что нам приятнее – жить где-то в подземелье с червяками или подняться в горы, смотреть на красоту мира и благодарить Бога: «Господи, спасибо, какой Ты красивый мир создал»? Конечно, у нас есть тяга к прекрасному. Есть внутреннее чувство, тяга к благу, потому что Создатель мира, Господь благ. И как в созданных по образу Божию в нас уже присутствует это внутреннее чувство любви – и к миру, и к близким; а христианин призван взращивать это и приводить к совершенству.
Более того, в нас заложено и другое: к тем людям, которые делают нам благо, мы испытываем благодарность. Возьмём врача, который спас нас в трудную минуту, сделал операцию, буквально вытащил из лап смерти, – мы будем помнить его всегда. Или пожарного, который вынес маленького ребёнка из огня: даже если ребёнок сам этого не помнит, он, повзрослев и узнав, что ему спасли жизнь, будет всю жизнь чувствовать благодарность и помнить об этом как о долге, который невозможно забыть.
Углубляя эту параллель, мы можем сказать: то же самое должно быть и в нашем отношении к Богу. Потому что если мы умеем благодарить человека за единичное благодеяние, то насколько больше мы призваны благодарить Того, от Кого сама жизнь, сам мир, само спасение!
И вот здесь святитель Василий Великий показывает, что любовь к Богу, с одной стороны, – это высочайшая добродетель, вершина духовного восхождения; но с другой стороны – это и начаток, корень всех других добродетелей. Если в человеке есть семя любви, он способен и на другие добродетели. Почему? Потому что Господь говорит: кто любит Меня, тот имеет заповеди Мои и соблюдает их (см. Ин. 14:21). То есть единственный путь к соблюдению заповедей – любовь к Богу. И тогда человек делает добро не из страха, что над ним висит «дамоклов меч» наказания, готовый поразить его в любой момент. Не потому, что Бог с ним «торгуется»: «Я тебе даю это, а ты сделай для Меня то». А потому что человек действительно любит.
И когда святые прикасались к этой любви, когда она хоть немного отогревала их сердце, они переживали удивительное состояние счастья, о котором говорит Священное Писание. Приведу примеры из Священного Писания. Царь Давид в Псалтири восклицает: Когда приду и явлюсь пред лице Божие? (Пс. 41:3). Апостол Павел в послании к Филиппийцам говорит: Имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше (Флп. 1:23). И снова Псалтирь: Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому (Пс. 41:2). И, конечно, все мы знаем слова Симеона Богоприимца: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко… (Лк. 2:29).
То есть они были, можно сказать, уязвлены Божественной любовью. Когда реально чувствуешь, что Создатель всего мира тебя любит, и это ощутимо понимаешь, насколько можешь, всем существом: и душой, и разумом – тогда ты не можешь не благодарить Его за то, что Он для тебя сделал; не можешь не благодарить за мир, который Он тебе дал; за жизнь, которую дал; за людей, которых дал. И исходя из всего этого, единственное, что остаётся нам в ответ на Его благодеяния, как действительно Отцу, Которого мы любим, – это ответная благодарность, ответная любовь.
И подводя итог, святитель Василий Великий в этом слове описывает весь путь Христа, который Он ради нас прошёл: «Мы призваны от смерти и снова оживотворены Самим Господом нашим Иисусом Христом. Причём удивителен и сам способ благодеяния, то есть как Он нас спас: Ибо Он, будучи образом Божиим… уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Флп. 2:6–7). Сам Творец стал творением. Он взял на Себя наши немощи и понёс болезни (см. Ис. 53:4), был изъязвлён за нас, чтобы мы Его ранами исцелились (см. Ис. 53:5; ср. 1 Пет. 2:24). Искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою (Гал. 3:13), претерпел позорнейшую смерть, чтобы нас вознести к славной жизни. И не удовольствовался одним тем, что оживотворил нас, мёртвых, – Он ещё уготовил человеку то, что превышает всякую человеческую мысль. Мы даже не можем в полноте помыслить, что ждёт христианина: знаем лишь, что это будет состояние блаженства, когда у человека будет радость в высшей степени от пребывания с Богом. Как говорит апостол Павел, не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2:9). И тогда естественно задать последний вопрос: что же воздадим Господу за все Его благодеяния? Что мы можем воздать? Но Он столь благ, что не требует воздаяния, а довольствуется тем, чтобы мы любили Его (свт. Василий Великий). Ему ничего от нас не надо – единственное, чтобы мы поняли: вот Он, наш Отец – и, имея в себе эту любовь, ответили на Его любовь взаимностью.
Аминь.
