Опора и оплот Русского государства

Автор: Инга Филиппова

Опора и оплот Русского государства

О благоверных князьях как особом чине святости

Говорят, пути Господни неисповедимы, как, впрочем, и Его великий и благой Промысел о странах, народах и о каждом человеке в отдельности. Усмотреть этот Промысел мы можем и в недавних событиях, в числе которых – открытие мощей святого благоверного князя Димитрия Донского. Три белокаменных саркофага были вскрыты в Архангельском соборе Московского Кремля в июле при реставрации княжеской усыпальницы. В одном из них находилось тело святого благоверного князя Димитрия, что подтвердилось после проведения соответствующей экспертизы. 600 лет мощи были сокрыты под спудом. И Господь явил их миру в нужное время и в нужный час.

Благоверные правители – один из оплотов Русского государства. Так уж повелось на святой Руси со времен равноапостольного благоверного князя Владимира и его бабки, святой равноапостольной княгини Ольги. Принимая христианство, они не просто показали пример своему народу, но и стали ходатая­ми за него перед Богом при жизни и после смерти. И их потомки шли потом этим путем, выбирая нравственный закон служения Богу и людям. Можно насчитать около пятидесяти князей и княгинь, канонизированных как по общему, так и по местному почитанию. Об одних составлены целые жития, о других известно очень мало, но с уверенностью можно сказать, что этот чин святости особенно характерен для русского христианства.

Известный исследователь профессор Г. П. Федотов в своей книге «Святые древней Руси» писал: «В Греческой Церкви известно почитание святых царей и цариц, преимущественно оказавших услуги православию в борьбе с ересями в эпоху вселенских соборов. В этой канонизации находит выражение теократический идеал царского служения. Было бы большим заблуждением видеть отражение этого идеала в канонизации русских князей. Русский удельный князь по общественному своему положению никак не может быть сопоставлен с царем. Его власть ограничена народным вечем, дружиной, церковной иерархией. Он воплощает в себе не столько начало власти, сколько начало служения, являясь политическим, прежде всего военным, вождем местного мира».

Именно понимание своей жизни как служения дает возможность русским князьям проявить свои лучшие христианские добродетели и впоследствии достичь святости.

Особенно ярко это проявляется в годы монголо-татарского нашествия, когда разрушение многих монастырей привело к оскудению монашеской святости. Тогда подвиг князей становится не только нацио­нальным, но и церковным делом. Появляются великие князья-воины, собиратели русских земель: Александр Невский (память – 5 июня, 6 июля, 12 сентября, 1 декаб­ря, 6 декабря), Димитрий Донской (память – 1 июня, 19 июля, 5 октября), Даниил Московский (память – 17 мар­та, 12 сентября); князья-страстотерпцы, убитые за исповедание христианской веры иноверцами: Георгий Святославович (память – 26 сентября), рязанский князь Роман (память – 23 июня, 1 августа), Михаил Черниговский (память – 27 февраля, 3 октября); благоверные княгини: Анна Кашинская (память – 25 июня, 3 августа, 15 октября), Евдокия Московская (память – 30 мая, 1 июня, 19 июля, 20 июля), Анна Новгородская (память – 23 февраля, 17 октября), а также многие другие созидатели, строители, благотворители, воины, иноки и инокини. В трудные времена несли они свое служение.

Русскую землю осаждали варвары, вера требовала исповеднического подвига, человеческая жизнь практически ничего не стоила. Оставаться христианином в этих условиях, пойти против безжалостной боярской воли, выбрать мир, когда все требуют войны и мести, – это уже подвиг.

Такой была кончина святого князя Андрея Боголюбского (память – 23 июня, 4 июля, 23 октября). При жизни с одной стороны – бесстрашный и отчаянный воин, с другой – глубоко верующий человек, почитающий родителей, примерный семьянин. Был убит коварно, ночью, исподтишка. Но до этого построил белокаменные храмы во Владимире и Боголюбове, среди которых – небесной красоты храм Покрова на Нерли, учредил праздник Покрова Пресвятой Богородицы, перенес икону Божией Матери из Киева во Владимир, прославил икону Пресвятой Богородицы «Боголюбская», которую особо почитают православные христиане, в том числе и на Клинской земле. Его кончину некоторые исследователи возводят к подвигу первых русских страстотерпцев, благоверных князей Бориса и Глеба.

Так уж вышло, что Русская Церковь особенно возлюбила страстотерпцев, а потому «никогда не делала различия между смертью за веру во Христа и смертью в последовании Христу, с особым почитанием относясь ко второму подвигу» (Г. П. Федотов «Святые древней Руси»). Поэтому и канонизирован последний русский государь Николай со своей семьей, по примеру благоверных князей принявший на себя в годину оскудения веры тяжелую ношу служения.