Автор: Чтец Алексей Волков
Фото: Екатерина Григорьева
«Человек оправдывается не делами закона, а верою в Иисуса Христа» (Гал. 2:16)
Когда Господь на горе Синай даровал Своему народу Закон, Он дал людям заповеди, призванные оградить их от греха и научить жить в соответствии с волей Божией. Все мы хорошо знаем эти заповеди: «Не убивай», «Не прелюбодействуй», «Не кради», «Почитай отца твоего и мать твою», «Помни день субботний» и другие (Исх. 20:2–17).
Закон устанавливал определенные границы, за которые человек не должен был переступать. Нарушение этих границ влекло за собой наказание, порой весьма суровое, вплоть до побиения камнями. Исполняя же Закон, человек свидетельствовал о своей верности Богу и Его Завету.
Но вот приходит Христос – полнота Божественного Откровения. Казалось бы, с Его пришествием всё должно стать проще, ведь Христос приносит благую весть о спасении, открывает людям любовь и милосердие Божие, освобождает человека от рабства греху. Однако когда мы внимательно читаем Евангелие, то обнаруживаем нечто удивительное: заповеди Нового Завета на первый взгляд оказываются гораздо труднее для исполнения, чем заповеди Ветхого Завета.
Например, в Ветхом Завете сказано: «Не убивай» (Исх. 20:13). Казалось бы, вполне понятная заповедь. Большинство людей за всю свою жизнь никого не убивают и даже не помышляют об убийстве. Следовательно, человек вполне может сказать себе: эту заповедь я исполняю.
Но что говорит Христос? «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду» (Мф. 5:22). Оказывается, недостаточно просто не совершать убийства. Нужно победить в себе самом гнев, ненависть, презрение к другому человеку. Но кто из нас может сказать, что никогда не гневался, никогда не раздражался, никогда не осуждал ближнего?
Или другая заповедь: «Не прелюбодействуй» (Исх. 20:14). Но Христос говорит: «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:28). И оказывается, что человек ответственен не только за свои поступки, но и за движения собственного сердца, желания и помыслы. Можно внешне оставаться безупречным, но внутренне уже нарушать заповедь Божию.
В Ветхом Завете сказано: «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев. 19:18). Но Христос раскрывает эту заповедь во всей полноте и произносит слова, превосходящие привычные человеческие представления о справедливости: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:44).
Обратите внимание, что Христос призывает нас не просто не мстить врагам, не просто терпеть обиды, но любить тех, кто причиняет нам зло. Мы нередко с трудом переносим даже небольшую обиду от близкого человека. Нам бывает непросто простить того, кто поступил с нами несправедливо. А Господь повелевает любить врагов!
Обычно человек делает добро, ожидая хотя бы благодарности. Мы охотно помогаем тем, кто хорошо к нам относится. Даем взаймы тем, от кого надеемся получить обратно. Но Христос говорит: «И если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники любящих их любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники то же делают» (Лк. 6:32–33); «Любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего» (Лк. 6:35). Таким образом, Христос требует от человека такой любви, которая не зависит от поведения другого человека, от его благодарности, доброты или даже враждебности.
Наконец, Господь произносит слова, которые, казалось бы, окончательно превосходят всякую человеческую меру: «Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). Но как человеку стать совершенным, как совершенен Сам Бог?
И вот перед нами возникает удивительный парадокс. Если воспринимать Евангелие исключительно как собрание правил, которые необходимо исполнить собственными силами, то окажется, что Христос не облегчил человеку жизнь, а, напротив, возложил на него бремя, совершенно непосильное для человеческой природы. Ведь теперь недостаточно не убивать – нужно никогда не ненавидеть. Недостаточно не прелюбодействовать – нужно хранить чистоту сердца. Недостаточно любить близких – нужно любить врагов. Недостаточно совершать добрые поступки – нужно достигнуть совершенства Самого Небесного Отца.
К этому прибавим призыв апостола: «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5:17), необходимость прощать обиды, бороться со страстями, хранить сердце от злых помыслов. И если собрать все эти требования вместе, то перед нами вырастает настоящая гора заповедей. Человек смотрит на нее и невольно спрашивает: «Господи, как же мне все это исполнить? Разве это вообще возможно?» И Христос дает ответ: «Человекам это невозможно, Богу же всё возможно» (Мф. 19:26).
Христос пришел не для того, чтобы просто дать человечеству новый, более строгий и совершенный свод законов. Он пришел, чтобы совершить то, чего человек не мог совершить собственными силами: восстановить его общение с Богом, исцелить поврежденную грехом человеческую природу и даровать ему новую жизнь.
Именно эта проблема – соотношение Закона и веры, человеческих усилий и Божественной благодати – встала перед христианской общиной в Галатии.
Апостол Павел пишет: «Однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16).
В одном предложении он трижды обращается к вере: «Верою в Иисуса Христа», «Мы уверовали во Христа Иисуса», «Чтобы оправдаться верою во Христа». Очевидно, что это повторение неслучайно. Апостол хочет обратить наше внимание на нечто принципиально важное.
Но что означает оправдаться верой? И почему Павел так настойчиво подчеркивает, что эта вера должна быть именно во Иисуса Христа?
Сегодня очень часто можно услышать: «Я верю в Бога». Спросите человека, к какой бы религии он ни принадлежал: «Ты веришь в Бога?» И он ответит: «Да, конечно, верю». Более того, нередко приходится слышать и другое рассуждение: «Бог ведь один. Просто люди называют Его по-разному, поклоняются Ему по-разному, но в конечном счете все религии ведут к одному и тому же Богу». На первый взгляд такая мысль кажется вполне разумной. Но действительно ли все так просто? Посмотрим на историю человечества.
В древнем Карфагене существовали культы, в которых, согласно свидетельствам античных авторов, практиковались человеческие жертвоприношения, в том числе принесение в жертву детей. В истории встречались и религиозные представления, допускавшие насилие над иноверцами. А христианство возвещает Бога, Который Сам становится Человеком, добровольно принимает страдания и смерть ради спасения людей и заповедует любить даже врагов. Можно ли сказать, что все эти представления о Боге одинаковы? Что между ними нет существенной разницы? Разумеется, нет.
Христианство исповедует, что Бог един, но вместе с тем утверждает нечто совершенно определенное: Бог открыл Себя человечеству во всей полноте в Личности Господа Иисуса Христа.
Сам Спаситель говорит: «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14:6). И апостол Петр свидетельствует: «Нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:12).
Вот почему для нас так важно имя Иисуса Христа. Мы веруем не просто в некую высшую силу, не в отвлеченное божество, пребывающее где-то за пределами мира, но в Бога, Который стал Человеком. Бога, Который вошел в нашу историю, разделил с нами человеческую жизнь, испытал голод, жажду, скорбь и страдания, принял смерть на Кресте и Воскрес ради нашего спасения. И что особенно важно – Сын Божий, однажды став Человеком, навсегда остался Человеком. Во Христе Божественная и человеческая природы соединены неслитно, неизменно, нераздельно и неразлучно. И это соединение не прекратилось ни после Его Воскресения, ни после Вознесения.
Посмотрите на икону Спасителя. Мы видим надпись: «Господь Вседержитель». И часто воспринимаем этот образ прежде всего как изображение всемогущего Бога, Творца и Владыки вселенной. Но перед нами – Иисус Христос. Тот Самый Иисус, Который ходил по дорогам Галилеи, беседовал с учениками, плакал у гроба Лазаря, страдал на Голгофе и Воскрес из мертвых. Он – истинный Бог и истинный Человек. И потому христианская вера – это не просто признание того, что Бог существует. Христианская вера – это живое, личное отношение человека ко Христу, доверие Ему, соединение с Ним и участие в Его жизни.
Именно поэтому апостол Павел говорит не просто о вере в Бога вообще, но о вере в Иисуса Христа. И здесь раскрывается принципиальное отличие христианского понимания спасения от представления о том, что человек может заслужить его исключительно собственными добрыми делами.
Представим, что мы спросим человека: «Почему ты надеешься спастись?» Он может ответить: «Потому что стараюсь быть хорошим человеком. Я никого не убивал, не грабил, помогаю людям, совершаю добрые дела». Но апостол Павел говорит: «Делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16). Потому что никакое количество добрых поступков само по себе не способно исцелить поврежденную грехом человеческую природу.
Можно совершать добрые дела и при этом оставаться во власти гордости, тщеславия, зависти, ненависти и самолюбия. Можно внешне исполнять заповеди, но внутренне оставаться далеким от Бога. Для спасения человеку необходимо не просто изменить свое поведение. Ему необходимо измениться самому. А такое преображение возможно только через соединение со Христом.
Именно об этом удивительно глубоко говорит преподобный Симеон Новый Богослов. Он учит, что после пришествия Христа и соединения в Нем Божества с человечеством человеку открылась возможность приобщиться Божественному свету и благодати. Человек, соединяясь со Христом, получает Самого Бога, действующего в его сердце. И тогда благодать Божия начинает приносить в нем те плоды, о которых говорит апостол Павел: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5:22–23). Плод не появляется потому, что к дереву прикрепили табличку с требованием плодоносить. Он появляется потому, что дерево живет, питается, получает свет и влагу.
Любовь, милосердие, кротость и воздержание не могут быть только результатом внешнего принуждения. Они становятся естественным плодом присутствия Божественной благодати в человеческом сердце.
И вот здесь мы начинаем понимать, почему новозаветные заповеди, которые первоначально казались нам непосильным бременем, приобретают совершенно иной смысл. Христос не просто повелевает нам любить врагов – Он дает нам возможность стать причастниками Его собственной любви и Сам очищает человеческое сердце Своей благодатью. Он не просто призывает к совершенству – Он открывает человеку путь к обожению, к подлинному единению с Богом.
Поэтому апостол Павел и говорит: «Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Флп. 4:13). Не своими силами, не собственной праведностью, не одной лишь человеческой решимостью, но силой Христовой. И тогда меняется само отношение человека к заповедям. Представим себе отношения между хозяином и наемным работником. Работник выполняет определенные обязанности. Он знает условия договора, знает, что должен сделать, и ожидает за свой труд установленную плату. Пока он исполняет договор, к нему нет претензий.
Но отношения отца и сына строятся совершенно иначе. Сын любит отца не потому, что заключил с ним договор. Он старается угодить ему не ради заработной платы. Он помогает ему не потому, что обязан выполнить определенное количество поручений. Он делает это потому, что любит своего отца и знает, что отец любит его. «Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа» (Гал. 4:7). Вот в чем заключается удивительная перемена.
Человек, живущий исключительно по внешнему закону, постоянно задает себе вопрос: «Что мне разрешено, а что запрещено? Что я обязан сделать, чтобы не подвергнуться наказанию?» Но человек, ставший сыном Божиим по благодати, спрашивает иначе: «Как мне ответить на любовь Отца? Как мне сохранить общение с Ним? Как мне стать хоть немного похожим на Него?» И даже отношение ко греху становится совершенно другим.
Для человека, воспринимающего Бога прежде всего как строгого Судию, грех – это нарушение закона, за которым должно последовать наказание. Он рассуждает: «Я согрешил, нарушил заповедь, теперь должен понести наказание». Но для человека, познавшего любовь Божию, грех – это прежде всего рана, нанесенная живым отношениям с Отцом. Такой человек плачет о своем грехе не только потому, что боится наказания. Он плачет потому, что помнит, как хорошо ему было с Богом. Помнит ту радость, тот мир, то доверие, которые наполняли его сердце. И теперь скорбит о том, что своей неверностью нарушил это общение. Он говорит: «Господи, Ты так много мне дал, Ты так возлюбил меня, а я оказался недостойным этой любви».
Вспомним притчу о блудном сыне (Лк. 15:11–32). Возвращаясь домой, сын не требует восстановления своих прав. Он говорит: «Отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим» (Лк. 15:21). Но отец не начинает перечислять его преступления и не требует сначала возместить нанесенный ущерб. Он обнимает сына, возвращает ему достоинство и устраивает пир. Потому что перед ним не просто нарушитель закона. Перед ним – его сын. Именно это сыновство и открывает нам Христос. Разумеется, отсюда вовсе не следует, что человеку больше не нужно бороться с грехом или совершать добрые дела. Напротив!
Вера, соединяющая человека со Христом, не делает добрые дела ненужными. Она становится источником этих дел. Человек начинает исполнять заповеди уже не из страха наказания и не ради того, чтобы заслужить себе спасение, а потому, что в нем действует любовь Божия. И потому он способен сделать несравненно больше того, что предписывает ему внешний закон.
Закон может запретить убийство, но не может сам по себе вложить в сердце любовь к врагу. Закон может запретить кражу, но не может сделать человека щедрым и милосердным. Закон может удержать от внешнего греховного поступка, но не может собственными средствами исцелить глубины человеческого сердца. А благодать Христова способна преобразить самого человека. И тогда становится понятным, почему Христос призывает нас к такому высокому совершенству. Он открывает перед человеком не просто набор обязанностей, но бесконечную перспективу уподобления Богу. У любви нет предела. У милосердия нет предела. У святости нет той границы, за которой человек мог бы сказать: «Всё, теперь я исполнил достаточно и больше ничего не должен».
Потому что мерой нашего совершенства становится Сам Бог. И чем глубже человек соединяется со Христом, тем больше он уподобляется Ему. Как говорит апостол Павел: «И уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20).
Вот подлинная цель христианской жизни. Не просто стать внешне порядочным человеком. Не просто научиться соблюдать религиозные правила. Но соединиться со Христом настолько, чтобы Его жизнь стала нашей жизнью, Его любовь – источником нашей любви, а Его святость – основанием нашего преображения. И в заключение хотелось бы обратить внимание еще на одно важное слово, которое употребляет апостол Павел. Это слово – «оправдание».
Мы привыкли говорить о прощении грехов, о милости Божией, о покаянии. Но апостол говорит именно об оправдании верой. В чем же отличие оправдания от прощения и помилования? Прощение предполагает, что человек действительно виновен, но его вина прощена. Помилование означает, что человек заслуживает наказания, однако по милости освобождается от него. А оправдание – слово, имеющее в том числе юридический смысл, – означает признание человека праведным, освобождение его от обвинения. Бог не делает вид, будто человек никогда не согрешал. Он совершает нечто гораздо более удивительное: Он исцеляет последствия греха, очищает человека и возвращает ему утраченную полноту жизни.
Об этом пророчествовал еще Исаия: «Тогда придите – и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, – как снег убелю; если будут красны, как пурпур, – как волну убелю» (Ис. 1:18). Как удивительны эти слова! Господь не говорит: «Я оставлю ваши грехи при вас, но просто не буду обращать на них внимания». Он говорит: «Как снег убелю». То есть Божественная благодать способна настолько глубоко очистить и преобразить человека, что грех перестает определять его сущность и его будущее. То, что казалось неисправимым, может быть исцелено. То, что казалось безвозвратно утраченным, может быть восстановлено. Человек, поврежденный грехом, вновь может стать целостным, святым, способным любить Бога и ближнего. И все это совершается не потому, что человек сумел собственными силами достигнуть совершенства, а потому, что Христос даровал ему возможность соединиться с Собой.
Вот почему апостол Павел с такой настойчивостью повторяет: «Верою в Иисуса Христа». «Мы уверовали во Христа Иисуса». «Чтобы оправдаться верою во Христа». Потому что спасает нас не абстрактная вера в существование Бога, не формальное исполнение религиозных предписаний и не уверенность в собственной праведности, а Сам Господь Иисус Христос!
