Автор: Чтец Алексей Волков
С кем поведешься… Цена общения выше, чем вы думаете
30 августа 2026 года, в Неделю 13-ю по Пятидесятнице, после Божественной литургии в нашем храме был отслужен традиционный молебен перед началом нового учебного года. За богослужением молились учащиеся, их родители и педагоги, испрашивая у Господа помощи, мудрости и благословения в предстоящих трудах.
Тема сегодняшней проповеди была посвящена силе окружения – тому, насколько важно для каждого христианина, кто рядом, кого мы слушаем, с кем проводим время, кому доверяем своё сердце.
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Дорогие братья и сестры, сегодня за богослужением мы читали небольшой заключительный отрывок из Первого послания апостола Павла к Коринфянам. И видно, с какой отеческой любовью он пишет эти последние строки, как бы подводя итог и оставляя самым близким людям самые важные наставления: «Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды. Все у вас да будет с любовью» (1 Кор. 16:13–14).
А в самом конце он передает то теплое, христианское приветствие, которое Церковь хранит и доныне: «Приветствуют вас церкви Асийские; приветствуют вас усердно в Господе Акила и Прискилла с домашнею их церковью. Приветствуют вас все братия; приветствуйте друг друга святым целованием. Мое приветствие – Павлово, собственноручно. Кто не любит Господа Иисуса Христа – анафема. Маранафа. Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами, и любовь моя со всеми вами во Христе Иисусе. Аминь» (1 Кор. 16:23–24).
Слова по-настоящему теплые. И это особенно трогает, если вспомнить, что коринфская община была непростой: в ней было много нестроений, разделений, нравственных падений; апостолу Павлу приходилось строго обличать ее и многое исправлять. И всё же он знает: там есть люди, дорогие его сердцу, и ради них – ради их спасения – он трудится, молится, утешает.
Мне хотелось бы сказать сегодня об окружении – о том, насколько оно важно для каждого христианина.
Бывает, вы говорите о Христе, свидетельствуете – словом или просто жизнью, – и люди слушают вас, тянутся, говорят: «Какой замечательный человек, какой искренний, чистый». Не стоит обольщаться, что это от нашей силы и «личного благочестия». Очень часто причина в другом: рядом с вами оказываются люди с доброй воспитанной душой, с внутренними «опорами» – и потому слово о Христе ложится легко и естественно. Как семя, брошенное не на камень и не в терние, а в плодородную землю: ему есть за что «зацепиться», есть чем напитаться, есть куда пустить корень – и потому оно быстро прорастает и приносит плод.
А если вас не слушают – не нужно отчаиваться. В какой-то мере мы тут ни при чем. Бывает, что у человека и веры мало, и любви мало; а бывает, что его среда такова, что он просто не способен вместить то, что вы проповедуете.
Апостол Павел прямо говорит: «Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15:33). Это созвучно словам пророка и царя Давида: «С милостивым Ты поступаешь милостиво… и с лукавым – по лукавству его» (Пс. 17:26–27).
Окружение чрезвычайно важно: из-за «худого сообщества» можно потерять великий дар, который Бог дал каждому из нас, – дар веры. Иногда на это не нужны годы: бывает, совсем немного: одно слово, одна брошенная «между прочим» мысль, одна статья, подсунутая вовремя, – и человек, особенно перед смертью, может поколебаться и уйти из жизни в неверии.
Вспомним случай с Львом Николаевичем Толстым. В его душе порой просыпалось желание покаяться, вырваться из того духовного ада, который он носил в себе. Однако ещё задолго до смерти он дал строгое распоряжение своим близким: ни в коем случае не пускать к нему священников, даже если он сам станет просить об этом. Когда он тяжело заболел на станции Астапово, к нему приехал старец Варсонофий Оптинский, чтобы напутствовать умирающего. Но окружение писателя, следуя его прежней воле, не допустило священника к постели больного. Есть свидетельства, что в последние дни Толстой, возможно, сам желал исповеди и причастия, но был лишён этой возможности из‑за собственного же запрета и решения близких. Так он и ушёл из жизни, к сожалению, в духовном мраке, не получив церковного утешения, которое могло бы облегчить его душу.
Поэтому так важно следить и за собой, и за нашими детьми: они восприимчивы к миру, впитывают многое, как губка, часто принимая всё «за чистую монету».
Мы знаем, как это бывает в самой обыденной жизни. Вроде бы человек не совершает ничего страшного – просто постоянно жалуется, пересказывает сплетни, язвит, всё высмеивает: коллег, соседей, родственников, начальство. Даже скажешь ему: «Давай не будем об этом», – он, может быть, и замолчит. Но внутри у него остается этот яд. А ведь «от избытка сердца говорят уста» (Мф. 12:34). И стоит побыть рядом месяц, другой – и ты замечаешь, как сам начинаешь думать теми же категориями, говорить тем же тоном, с тем же раздражением. Это и есть заражение сердца таким ядом.
Очень наглядный образ дает зарубежная литература. Вспомните роман Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея». В начале – удивительно светлый юноша: искренний, добрый, с горящими глазами, готовый верить, помогать. Но рядом оказывается человек, который шаг за шагом «вкалывает» в его душу яд: учит жить страстями, не бояться греха, любить не истину, а наслаждение. И мы видим, как постепенно развращается эта чистая душа, как юноша теряет стыд, сострадание, меру – и доходит до того, что рушит жизни самых близких. И в конце ему кажется, что единственный выход – завершить свою собственную жизнь.
Вы можете сказать: «Что плохого в общении?» Само по себе ничего. Важно, с кем общаешься, кого слушаешь, кого читаешь, чьим мыслям даешь жить в своем сердце.
Есть у нас слово нравится – и оно недаром связано со словом нрав. То, что близко нашему нраву, нашей душе, то нам и нравится. Но дурной пример заразителен: если этот яд «впивается» в нас, мы постепенно становимся похожими на тех людей, которые нас окружают.
Это работает и в обратную сторону. Когда рядом действительно добрые, молитвенные, цельные люди – жить легче. Их хочется слушать; их опыт хочется перенимать. Человек «заражается» решимостью, любовью к людям, добротой.
Неслучайно многие уезжают в монастырь хотя бы на несколько дней или недель – просто пожить, прикоснуться к традиции настоящей молитвенной жизни. И тогда уже не кажется, будто вечерние молитвы – «слишком долго». Потому что, постояв на всенощном бдении, полунощнице, братском молебне, приобщившись к монастырскому ритму, человек возвращается домой и говорит: «Господи, слава Тебе: прочитал вечернее правило – и с миром лег спать».
Но, к великому сожалению, бывает и иначе: люди, которые пришли к свету, снова погружаются во тьму; почувствовали благодать – и отреклись от нее, иногда даже публично. Мы знаем, что и обычные христиане уходят из Церкви; и священники уходят, ссылаясь то на «современные исследования», то на какие-то модные объяснения психологов.
Мы не можем просто осудить их как «плохих людей». Честнее сказать иначе: они не уберегли себя. Они недооценили силу среды, которая шаг за шагом стала источником их внутреннего развращения.
И всё-таки даже когда вера у нас слабеет, когда приходят сомнения, – это не повод для отчаяния. Это даже в каком-то смысле нормально: веру нужно постоянно возгревать в сердце. Не надо падать духом.
Мне хочется закончить свою мысль словами великого святителя Иоанна Златоуста. Он писал письмо своему другу Феодору, который ушел с пути в частности и из-за дурного окружения. И святитель ободряет его, воодушевляет, призывает вернуться ко Христу: «Не отчаивайся в перемене на лучшее. Если диавол был силен настолько, что смог сдвинуть тебя с вершины и высоты добродетели до крайности порока, то гораздо более силен будет Бог – опять возвести тебя в прежнюю свободу и сделать не только таким же, но и гораздо блаженнейшим прежнего. Только не унывай, не теряй добрых надежд…» (свт. Иоанн Златоуст, «Письмо к Феодору падшему»).
Аминь.
