Автор: Протоиерей Игорь Гагарин
Фото: Екатерина Григорьева
Ответственность
Мы часто повторяем, что в одиночку никому не взойти на Небеса, никому не достигнуть совершенства. Только в Церкви, которая есть единство верующих, можно возрастать и приближаться к Царству. Казалось бы, это понятно. Так ведь в любом деле, в любом мастерстве, в любом творчестве. Там, где человек варится в собственном соку, едва ли выходит что-то большое. Там, где люди, связанные общей целью, едиными интересами, объединяются вместе, общаются, учатся друг у друга, помогают друг другу, поправляют друг друга, сопереживают и сорадуются – там дела идут иначе.
И если одиночка-альпинист едва ли сумеет взойти на более или менее высокую гору без участия таких же как он, то что говорить о тех, кто решил взойти на высоты духа? Когда я не один, когда я в обществе братьев, тогда несравненно легче преодолеваются трудности, быстрее и радостнее подъем.
Так должно быть, но так ли бывает на самом деле? Один мой знакомый рассказывал, что уверовал во Христа еще в те времена, когда верить было «нельзя». Каким-то образом у него оказалось старое Евангелие, потом несколько богословских книг, жития святых. Не имея возможности общаться ни с кем из христиан, он читал эти книги, и они оказались для него гораздо убедительнее всего, чему учили материализм и «научный» атеизм. Единомышленников не было, в церкви он никого не знал, и поэтому предстоял перед Богом в одиночку. И хотя с определенного времени стал ездить в храм, чтобы исповедоваться и причащаться, но и там общение его ограничивалось беседой-исповедью со священником. Прихожане были людьми незнакомыми. Такое было время – веру приходилось или скрывать, или идти ради нее на такие жертвы, на которые не всякий сразу бывает готов. «Но если я не могу говорить о своей вере устами, то кто помешает мне быть христианином в своих поступках?» – рассуждал он.
Читая и перечитывая Евангелие, он понял, что не имеет права судить кого-либо, ссориться, быть нечестным даже в мелочах, не должен обижаться и обижать, а, напротив, надлежит быть всегда первым там, где нуждаются в помощи. И он всеми силами старался жить именно так. Что-то получалось, что-то не очень, но он старался изо всех сил. И каждое слово, дело, мысль, несогласные с Евангелием, омывались самыми искренними покаянными слезами. Так он жил и скорбел о том, что нет у него братьев и сестер во Христе, нет той церковной общины, членом которой он мог бы стать. Вот тогда, – думал он, – восхождение в Царство Небесное пошло бы совсем иным образом.
А потом времена изменились. Вера стала «разрешенной». У этого человека появилась возможность больше не таиться, и очень скоро он познакомился со многими христианами. И здесь, общаясь со своими новыми друзьями, он, к своему удивлению, не увидел того, чего ожидал. Он обнаружил, что в церковной среде запросто живут все те явления, с которыми он более или менее успешно пытался бороться в своей жизни. Христиане легко осуждают друг друга, ссорятся, лукавят, обижаются, тщеславятся, чревоугодничают и т. д. И достаточно долго он не мог встретить ни одного, кто боролся бы с пороками так же искренно и ревностно как он. В результате и сам он начал позволять себе то, чего никогда бы не позволил себе раньше, пока был один, вне всякой общины. В самом деле, легко ли стараться, если никто вокруг особенно не старается?
Так вхождение в Церковь, общение с собратьями не только не помогло духовному росту, но и остановило его. Жить стало гораздо легче, но совесть время от времени бунтовала. Слава Богу, в конце концов он познакомился сначала с одним, а потом еще с несколькими подлинно верующими людьми – теми, кто, «возлюбив Господа, возлюбили Его до конца» (архим. Софроний). Они действительно искали Царствия Божия и правды Его, и дружба с ними помогла моему знакомому избежать полного разочарования. Значит, всё-таки есть те, кто действительно живет по Евангелию, и жить так можно!
Конечно, есть, и, конечно, можно! Но печально, что их так мало среди нас. Поэтому необходимо как можно чаще вспоминать о святых; о тех, кто, как и мы, были призваны Богом к святости, но, в отличие от нас, осуществили призвание. О нас, пока мы пребываем в этой жизни, этого сказать еще нельзя. Даже самые лучшие могут успеть упасть, а самые худшие – подняться.
Будем читать о святых и напоминать себе о своем призвании, о своем предназначении. Господь дал нам Евангелие, дал заповеди не для того, чтобы мы только читали их, но и исполняли. И если никто вокруг, как порой кажется, этого не делает, то ответственность с нас не снимается. Господь призвал Свою Церковь быть «светом миру», быть «солью земли». Она и есть таковая, но часто не благодаря, а вопреки нам, называющим себя христианами. Тот свет, который воссиял во святых, светит миру. От нас, от каждого, зависит, станет ли этот свет еще ярче и прекрасней.
